Полинезийские миграции: как был заселён Тихий океан

Исто­рия Фран­цуз­ской Поли­не­зии нераз­рыв­но свя­за­на с вели­чай­шей мор­ской эпо­пе­ей чело­ве­че­ства — засе­ле­ни­ем ост­ро­вов Поли­не­зии. Эта исто­рия осно­ва­на на архео­ло­ги­че­ских, линг­ви­сти­че­ских и гене­ти­че­ских дан­ных, кото­рые поз­во­ля­ют вос­ста­но­вить пути неве­ро­ят­ных путе­ше­ствий древ­них море­пла­ва­те­лей через про­сто­ры Тихо­го океана.

Истоки и экспансия: путь на восток

Поли­не­зий­цы явля­ют­ся частью боль­шой австро­не­зий­ской язы­ко­вой семьи. Соглас­но обще­при­ня­той в науч­ном сооб­ще­стве тео­рии, их пред­ки нача­ли мигра­цию из Юго-Восточ­ной Азии.

Откуда пришли полинезийцы

Архео­ло­ги­че­ские сви­де­тель­ства ука­зы­ва­ют на то, что пра­ро­ди­ной поли­не­зий­ских наро­дов явля­ют­ся ост­ро­ва Тон­га и Самоа. Имен­но здесь, в Запад­ной Поли­не­зии, око­ло 3000 лет назад сфор­ми­ро­ва­лась уни­каль­ная куль­ту­ра Лапи­та, отли­чи­тель­ны­ми чер­та­ми кото­рой были:

• харак­тер­ная кера­ми­ка с гео­мет­ри­че­ским орнаментом;
• раз­ви­тые навы­ки море­ход­ства и нави­га­ции по звёз­дам, вол­нам и полё­ту птиц;
• созда­ние двой­ных каноэ с балан­си­ром, спо­соб­ных пре­одо­ле­вать тыся­чи километров.

Имен­но отсю­да, с ост­ро­вов Самоа и Тон­га, нача­лась глав­ная фаза экс­пан­сии на восток, в цен­траль­ную и восточ­ную части Поли­не­зий­ско­го треугольника.

Освоение центральной Полинезии

Вели­кая мигра­ция на восток при­ве­ла к откры­тию и засе­ле­нию архи­пела­гов, кото­рые сего­дня вхо­дят в состав Фран­цуз­ской Поли­не­зии. Это был дли­тель­ный про­цесс, рас­тя­нув­ший­ся на сто­ле­тия. При­мер­ная хро­но­ло­гия, уста­нов­лен­ная по радио­угле­род­но­му ана­ли­зу архео­ло­ги­че­ских нахо­док, выгля­дит сле­ду­ю­щим образом:

• **Ост­ро­ва Обще­ства (Таи­ти, Муреа, Бора-Бора)**: засе­ле­ны при­мер­но меж­ду 800 и 1000 года­ми нашей эры. Этот архи­пе­лаг стал куль­тур­ным и поли­ти­че­ским цен­тром региона;
• **Мар­киз­ские ост­ро­ва**: одни из пер­вых были коло­ни­зи­ро­ва­ны поли­не­зий­ца­ми, воз­мож­но, ещё в нача­ле нашей эры (око­ло 300–400 годов н.э.). Отсю­да, по неко­то­рым гипо­те­зам, мог­ли начи­нать­ся даль­ней­шие миграции;
• **Ост­ро­ва Туа­мо­ту и Гам­бье**: засе­ле­ны поз­же, при­мер­но к XII-XIII векам.

Эти путе­ше­ствия были целе­на­прав­лен­ны­ми экс­пе­ди­ци­я­ми, а не дрей­фом по воле волн. Море­пла­ва­те­ли вез­ли с собой так назы­ва­е­мый «пере­се­лен­че­ский комплект»:

• клуб­не­вые рас­те­ния (таро, ямс, батат) для созда­ния сель­ско­го хозяй­ства на новых землях;
• собак, сви­ней и кур;
• сажен­цы пло­до­вых дере­вьев, в первую оче­редь коко­со­вой паль­мы и хлеб­но­го дерева.

Вершина навигационного искусства: миграции за пределы Французской Полинезии

Осво­ив цен­траль­но-поли­не­зий­ские архи­пе­ла­ги, море­пла­ва­те­ли не оста­но­ви­лись. Их каноэ отпра­ви­лись к самым отда­лён­ным угол­кам Тихо­го оке­а­на, что явля­ет­ся сви­де­тель­ством высо­чай­ше­го уров­ня их зна­ний о море.

Открытие Гавайев и острова Пасхи

Из цен­траль­но­го реги­о­на, веро­ят­но с Мар­киз­ских ост­ро­вов и ост­ро­вов Обще­ства, были совер­ше­ны самые длин­ные переходы:

• **Гавай­ские ост­ро­ва** были засе­ле­ны при­мер­но в XI-XIII веках. Рас­сто­я­ние от Мар­киз­ских ост­ро­вов до Гавай­ев пре­вы­ша­ет 3500 км;
• **Ост­ров Пас­хи (Рапа-Нуи)**, нахо­дя­щий­ся на восточ­ной вер­шине Поли­не­зий­ско­го тре­уголь­ни­ка, был коло­ни­зи­ро­ван, соглас­но боль­шин­ству иссле­до­ва­ний, меж­ду 800 и 1200 года­ми н.э. Это одно из самых изо­ли­ро­ван­ных оби­та­е­мых мест на Земле.

Путешествие в Новую Зеландию

Послед­ним круп­ным эта­пом поли­не­зий­ской экс­пан­сии ста­ло откры­тие и засе­ле­ние Новой Зелан­дии. Пред­ки маори достиг­ли её бере­гов при­мер­но в сере­дине XIII века (око­ло 1280 года), совер­шив пла­ва­ние с ост­ро­вов Обще­ства, веро­ят­но, через архи­пе­лаг Кука. Кли­мат Новой Зелан­дии был суще­ствен­но холод­нее, что потре­бо­ва­ло от пере­се­лен­цев серьёз­ной адап­та­ции куль­ту­ры и хозяйства.

Наследие великих мореплавателей во Французской Полинезии

Сле­ды этих эпи­че­ских мигра­ций до сих пор опре­де­ля­ют куль­тур­ный ланд­шафт Фран­цуз­ской Поли­не­зии. Они сохра­ни­лись не толь­ко в леген­дах и уст­ных пре­да­ни­ях, но и в мате­ри­аль­ных свидетельствах.

Археологические памятники

На мно­гих ост­ро­вах сохра­ни­лись древ­ние построй­ки и куль­то­вые места (мараэ), кото­рые явля­ют­ся пря­мы­ми сви­де­тель­ства­ми куль­ту­ры пер­вых посе­лен­цев. Наи­бо­лее извест­ные из них:

• **Мараэ Арах­у­ра­ху** на Таи­ти — один из наи­бо­лее хоро­шо сохра­нив­ших­ся и отре­ста­ври­ро­ван­ных риту­аль­ных комплексов;
• **Мараэ Тапу­та­пу­а­теа** на ост­ро­ве Раи­а­теа, кото­рый явля­ет­ся объ­ек­том Все­мир­но­го насле­дия ЮНЕСКО и счи­тал­ся в древ­но­сти духов­ным и поли­ти­че­ским цен­тром всей Восточ­ной Полинезии;
• мно­го­чис­лен­ные архео­ло­ги­че­ские пло­щад­ки на Мар­киз­ских ост­ро­вах с харак­тер­ны­ми камен­ны­ми плат­фор­ма­ми (паэпаэ) и цере­мо­ни­аль­ны­ми пло­щад­ка­ми (меаэ).

Живые традиции

Несмот­ря на вли­я­ние евро­пей­ской куль­ту­ры, поли­не­зий­ское насле­дие про­дол­жа­ет жить. Оно про­яв­ля­ет­ся в фун­да­мен­таль­ных аспек­тах жизни:

• **Язык**: таи­тян­ский и дру­гие поли­не­зий­ские язы­ки архи­пе­ла­га при­над­ле­жат к одной язы­ко­вой семье, род­ствен­ной гавай­ско­му, маори и рапануи;
• **Тра­ди­ци­он­ные ремёс­ла**: изго­тов­ле­ние тапы (мате­рии из коры), пле­те­ние, резь­ба по дере­ву и кости;
• **Нави­га­ци­он­ные зна­ния**: в кон­це XX века было дока­за­но, что путе­ше­ствия без инстру­мен­тов воз­мож­ны. Зна­ме­ни­тое пла­ва­ние на каноэ «Хокуле’а» в 1976 году от Гавай­ев до Таи­ти, совер­шён­ное с исполь­зо­ва­ни­ем толь­ко тра­ди­ци­он­ных мето­дов нави­га­ции, ста­ло ярким под­твер­жде­ни­ем гипо­тез об умыш­лен­ном харак­те­ре древ­них миграций.

Полинезийские миграции в контексте мировой истории

Поли­не­зий­ская экс­пан­сия по мас­шта­бам осво­ен­но­го про­стран­ства не име­ет ана­ло­гов сре­ди доко­лум­бо­вых циви­ли­за­ций. Пока евро­пей­цы боя­лись выхо­дить за пре­де­лы види­мо­сти бере­гов, поли­не­зий­цы уже засе­ли­ли тер­ри­то­рию, по пло­ща­ди пре­вы­ша­ю­щую любую дру­гую куль­ту­ру того вре­ме­ни. Их успех был осно­ван на глу­бо­ких эмпи­ри­че­ских зна­ни­ях о при­ро­де, пере­да­вав­ших­ся из поко­ле­ния в поко­ле­ние. Изу­че­ние этой исто­рии — ключ к пони­ма­нию не толь­ко про­шло­го Фран­цуз­ской Поли­не­зии, но и неве­ро­ят­ных воз­мож­но­стей чело­ве­че­ско­го духа, спо­соб­но­го на интел­лек­ту­аль­ный подвиг и сме­лые открытия.