Полинезийские маски: между миром людей и духов

В кол­лек­тив­ном пред­став­ле­нии образ поли­не­зий­ской мас­ки часто ассо­ци­и­ру­ет­ся с обшир­ны­ми куль­тур­ны­ми тра­ди­ци­я­ми Оке­а­нии. Одна­ко в кон­тек­сте Фран­цуз­ской Поли­не­зии это явле­ние име­ет свою спе­ци­фи­че­скую исто­рию и осо­бен­но­сти. В отли­чие от Мела­не­зии, где мас­ки были широ­ко рас­про­стра­не­ны, в Поли­не­зии, вклю­чая ост­ро­ва Таи­ти, Мар­киз­ские ост­ро­ва и Туа­мо­ту, мас­ки не явля­лись столь же цен­траль­ным эле­мен­том риту­аль­ной прак­ти­ки. Сохра­нив­ши­е­ся арте­фак­ты — это ред­кие и цен­ные сви­де­тель­ства доко­ло­ни­аль­ных веро­ва­ний и искусства.

Исторический контекст и назначение масок

До при­хо­да евро­пей­ских мис­си­о­не­ров в кон­це XVIII — нача­ле XIX веков, поли­не­зий­ское обще­ство обла­да­ло слож­ной систе­мой рели­ги­оз­ных веро­ва­ний, где мир людей был тес­но свя­зан с миром духов (атуа) и пред­ков. Мас­ки в этом кон­тек­сте слу­жи­ли мостом меж­ду эти­ми мирами.

Ритуальные функции

Основ­ное при­ме­не­ние масок было свя­за­но с цере­мо­ни­аль­ны­ми и рели­ги­оз­ны­ми практиками:

• они исполь­зо­ва­лись в обря­дах, посвя­щён­ных пло­до­ро­дию зем­ли и людей;
• участ­во­ва­ли в цере­мо­ни­ях ини­ци­а­ции и посвящения;
• слу­жи­ли важ­ным атри­бу­том тан­цев и пред­став­ле­ний, рас­ска­зы­ва­ю­щих мифы о сотво­ре­нии мира и подви­гах предков;
• мог­ли высту­пать в каче­стве вре­мен­но­го вме­сти­ли­ща для опре­де­лён­ных духов или божеств во вре­мя ритуалов.

Исчезновение традиции

Актив­ная дея­тель­ность хри­сти­ан­ских мис­си­о­не­ров, начав­ша­я­ся в 1797 году с при­бы­ти­ем Лон­дон­ско­го мис­си­о­нер­ско­го обще­ства, при­ве­ла к стре­ми­тель­но­му иско­ре­не­нию мно­гих аспек­тов тра­ди­ци­он­ной поли­не­зий­ской куль­ту­ры, объ­яв­лен­ных «язы­че­ски­ми». Риту­аль­ные пред­ме­ты, вклю­чая мас­ки, мас­со­во уни­что­жа­лись. Это одна из клю­че­вых при­чин край­ней ред­ко­сти под­лин­ных поли­не­зий­ских масок, сохра­нив­ших­ся до наших дней.

Характеристики и типы полинезийских масок

Немно­гие уце­лев­шие экзем­пля­ры, а так­же опи­са­ния пер­вых путе­ше­ствен­ни­ков и море­пла­ва­те­лей поз­во­ля­ют соста­вить пред­став­ле­ние об их особенностях.

Материалы и изготовление

Поли­не­зий­ские масте­ра созда­ва­ли мас­ки из орга­ни­че­ских мате­ри­а­лов, кото­рые были им доступны:

• дере­во (в основ­ном мест­ные поро­ды, такие как миро – Thespesia populnea);
• пле­тё­ное волок­но (из коко­со­вой паль­мы, пан­да­ну­са или hibiscus tiliaceus);
• рако­ви­ны, перья, соба­чьи зубы и воло­сы для деко­ра­тив­ных элементов.

Дере­вян­ные мас­ки часто покры­ва­ли поли­хром­ны­ми крас­ка­ми на осно­ве при­род­ных пиг­мен­тов, сме­шан­ных с маслом.

Стилистические особенности

Услов­но мож­но выде­лить два основ­ных цен­тра, где тра­ди­ция созда­ния масок была наи­бо­лее выражена:

• Мар­киз­ские ост­ро­ва: здесь мас­ки, извест­ные как «хикау­эу» или «пуна тiki», часто име­ли гро­теск­ные, устра­ша­ю­щие чер­ты с огром­ны­ми гла­за­ми и широ­ко откры­тым ртом, сим­во­ли­зи­ру­ю­щим жиз­нен­ную силу «мана». Они мог­ли быть как лице­вы­ми, так и боль­ши­ми шле­мо­вид­ны­ми кон­струк­ци­я­ми, наде­вав­ши­ми­ся на голо­ву целиком;
• Ост­ро­ва Обще­ства (Таи­ти): мас­ки здесь были менее рас­про­стра­не­ны и часто свя­за­ны с теат­ра­ли­зо­ван­ны­ми пред­став­ле­ни­я­ми. Их стиль мог быть более услов­ным и абстрактным.

Где можно увидеть подлинные полинезийские маски сегодня

Из-за исто­ри­че­ских пери­пе­тий боль­шин­ство под­лин­ных доко­ло­ни­аль­ных масок Фран­цуз­ской Поли­не­зии сего­дня нахо­дят­ся за её пре­де­ла­ми, в круп­ных музей­ных собра­ни­ях мира, куда они попа­ли в XVIII-XIX веках с кол­лек­ци­о­не­ра­ми и путешественниками.

Музейные коллекции за рубежом

Зна­чи­тель­ные кол­лек­ции поли­не­зий­ско­го искус­ства, вклю­чая мас­ки, хранятся:

• в Бри­тан­ском музее в Лон­доне (кол­лек­ция, собран­ная капи­та­ном Куком и дру­ги­ми мореплавателями);
• в Музее на набе­реж­ной Бран­ли в Пари­же, обла­да­ю­щем одним из круп­ней­ших в мире собра­ний искус­ства Океании;
• в Музее есте­ствен­ной исто­рии и этно­гра­фии в Жене­ве (кол­лек­ция, собран­ная в XIX веке);
• в дру­гих круп­ных этно­гра­фи­че­ских музе­ях Евро­пы, США и Новой Зеландии.

Во Французской Полинезии

На самих ост­ро­вах уви­деть под­лин­ные древ­ние мас­ки мож­но в несколь­ких учре­жде­ни­ях, кото­рые береж­но хра­нят наци­о­наль­ное достояние:

• Музей Таи­ти и ост­ро­вов (Musée de Tahiti et des Îles) в Пуна­а­у­иа. Это глав­ный музей стра­ны, чья исто­ри­че­ская экс­по­зи­ция вклю­ча­ет ред­кие арте­фак­ты доко­ло­ни­аль­но­го пери­о­да, сре­ди кото­рых могут при­сут­ство­вать и маски;
• Музей Пау­ма­ну (Musée Paofai) в Папе­эте, где так­же пред­став­ле­ны эле­мен­ты тра­ди­ци­он­но­го искусства.

Важ­но пони­мать, что мно­гие «мас­ки», пред­ла­га­е­мые тури­стам как суве­ни­ры, явля­ют­ся совре­мен­ны­ми сти­ли­за­ци­я­ми и не име­ют исто­ри­че­ской или риту­аль­ной ценности.

Наследие без оригинала: маска в современной полинезийской культуре

Сего­дня древ­ние мас­ки Фран­цуз­ской Поли­не­зии живут в несколь­ких ипо­ста­сях. Как физи­че­ские объ­ек­ты, они — ред­кие послан­цы про­шло­го, хра­ня­щи­е­ся под стек­лом музей­ных вит­рин по все­му миру. Их изу­че­ние помо­га­ет антро­по­ло­гам и исто­ри­кам рекон­стру­и­ро­вать утра­чен­ные пла­сты веро­ва­ний. В самой же Поли­не­зии пря­мая риту­аль­ная тра­ди­ция их исполь­зо­ва­ния была пре­рва­на. Одна­ко дух, кото­рый они вопло­ща­ли, не исчез. Он транс­фор­ми­ро­вал­ся и про­дол­жа­ет жить в иных фор­мах: в экс­прес­сив­ной хорео­гра­фии тра­ди­ци­он­ных тан­цев «отеа», где мими­ка тан­цо­ров ста­но­вит­ся живой, дина­мич­ной мас­кой, пере­да­ю­щей гнев, печаль или радость; в орна­мен­тах тату­и­ро­вок «татау», заим­ству­ю­щих древ­ние моти­вы; в рез­ных дере­вян­ных скульп­ту­рах тики, кото­рые, подоб­но мас­кам, счи­та­лись вме­сти­ли­щем духов­ной силы. Таким обра­зом, под­лин­ная поли­не­зий­ская мас­ка сего­дня — это не толь­ко арте­факт из дере­ва и перьев, но и целый куль­тур­ный код, про­ни­зы­ва­ю­щий совре­мен­ное искус­ство и само­со­зна­ние наро­дов Фран­цуз­ской Поли­не­зии, напо­ми­ная о глу­бо­кой свя­зи с морем, зем­лёй и предками.