Королевские династии Французской Полинезии: история и наследие

Исто­рия Фран­цуз­ской Поли­не­зии до при­хо­да евро­пей­цев — это лето­пись могу­ще­ствен­ных вождей и слож­ных соци­аль­ных иерар­хий. Хотя евро­пей­цы часто исполь­зо­ва­ли титул «король» для мест­ных пра­ви­те­лей, точ­нее гово­рить о вер­хов­ных вождях (ariʻi nui или ariʻi rahi), чья власть осно­вы­ва­лась на свя­щен­ном авто­ри­те­те (mana) и про­ис­хож­де­нии. На раз­ных архи­пе­ла­гах скла­ды­ва­лись свои дина­сти­че­ские линии, но лишь одной из них уда­лось объ­еди­нить под сво­ей вла­стью несколь­ко ост­ров­ных групп и создать про­то-госу­дар­ство, извест­ное евро­пей­цам как Коро­лев­ство Таи­ти.

Династия Помарé: создание королевства

Дина­стия Помарé, пра­вив­шая на Таи­ти, Муреа и дру­гих ост­ро­вах Обще­ства, явля­ет­ся наи­бо­лее извест­ной и доку­мен­ти­ро­ван­ной коро­лев­ской лини­ей в исто­рии реги­о­на. Её воз­вы­ше­ние в кон­це XVIII века было свя­за­но не толь­ко с воен­ной силой, но и с уме­лым исполь­зо­ва­ни­ем евро­пей­ских тех­но­ло­гий и поли­ти­че­ских союзов.

Основание династии и экспансия

Родо­на­чаль­ни­ком дина­стии счи­та­ет­ся Ту (Tu), вер­хов­ный вождь окру­га Паре. Его сын, извест­ный как Помарé I (ок. 1743–1803), вос­поль­зо­вал­ся при­бы­ти­ем евро­пей­ских кораб­лей. С их помо­щью он полу­чил огне­стрель­ное ору­жие и союз­ни­ков, что поз­во­ли­ло ему одер­жать верх над дру­ги­ми могу­ще­ствен­ны­ми кла­на­ми. Клю­че­вые собы­тия его правления:

• кон­со­ли­да­ция вла­сти на Таи­ти после бит­вы при Фе’­пи в 1790 году;
• уста­нов­ле­ние кон­тро­ля над сосед­ним ост­ро­вом Муреа;
• офи­ци­аль­ное при­ня­тие име­ни Помарé, кото­рое ста­ло династическим.

Помарé II и обращение в христианство

Помарé II (ок. 1782–1821) про­дол­жил поли­ти­ку отца. Его прав­ле­ние озна­ме­но­ва­лось судь­бо­нос­ным собы­ти­ем — при­ня­ти­ем хри­сти­ан­ства. В 1815 году в бит­ве при Фе’­пи его армия, состо­яв­шая из обра­щён­ных в про­те­стан­тизм таи­тян, раз­гро­ми­ла сто­рон­ни­ков тра­ди­ци­он­ных веро­ва­ний. Это при­ве­ло к:

• уста­нов­ле­нию про­те­стан­тиз­ма в каче­стве госу­дар­ствен­ной религии;
• при­ня­тию пер­во­го сво­да пись­мен­ных зако­нов — Помарé­нен­ско­го кодек­са (1819 год);
• укреп­ле­нию сою­за с бри­тан­ски­ми мис­си­о­не­ра­ми из Лон­дон­ско­го мис­си­о­нер­ско­го общества.

Правление королевы Помарé IV и протекторат

Самым дол­гим и дра­ма­тич­ным ста­ло прав­ле­ние коро­ле­вы Помарé IV (1813–1877), взо­шед­шей на пре­стол в 1827 году. Её 50-лет­нее прав­ле­ние при­шлось на пери­од рас­ту­ще­го евро­пей­ско­го и аме­ри­кан­ско­го влияния.

Между молотом и наковальней

Коро­ле­ва пыта­лась лави­ро­вать меж­ду инте­ре­са­ми Вели­ко­бри­та­нии и Фран­ции, а так­же про­ти­во­сто­ять дав­ле­нию со сто­ро­ны дру­гих ино­стран­ных дер­жав. Клю­че­вые вызо­вы её эпохи:

• частые визи­ты кито­бой­ных и тор­го­вых судов, нару­шав­ших суверенитет;
• попыт­ки сохра­нить тра­ди­ци­он­ный уклад, огра­ни­чи­вая вли­я­ние иностранцев;
• кон­флик­ты с фран­цуз­ски­ми вла­стя­ми, желав­ши­ми уста­но­вить контроль.

Установление французского протектората

В резуль­та­те серии кон­флик­тов, вклю­чая обстрел Папе­эте фран­цуз­ски­ми кораб­ля­ми в 1844 году, коро­ле­ва была вынуж­де­на при­нять про­тек­то­рат Фран­ции. По дого­во­ру 1847 года Таи­ти и Муреа сохра­ня­ли внут­рен­нее само­управ­ле­ние под управ­ле­ни­ем Помарé, но внеш­няя поли­ти­ка и без­опас­ность пере­хо­ди­ли к Фран­ции. Коро­ле­ва оста­ва­лась сим­во­лом наци­о­наль­ной иден­тич­но­сти для сво­е­го наро­да до самой сво­ей смер­ти в 1877 году.

Наследие и другие династические линии

Паде­ние дина­стии Помарé не стёр­ло память о коро­лев­ских семьях. Их насле­дие про­дол­жа­ет жить в куль­ту­ре, поли­ти­ке и обще­ствен­ном созна­нии Фран­цуз­ской Полинезии.

Конец независимости и культурное наследие

После смер­ти коро­ле­вы пра­вил её сын, Помарé V (1839–1891). В 1880 году, столк­нув­шись с рас­ту­щим дав­ле­ни­ем и, воз­мож­но, по лич­ным моти­вам, он под­пи­сал акт об окон­ча­тель­ной аннек­сии сво­их вла­де­ний Фран­ци­ей, отре­ка­ясь от пре­сто­ла в обмен на пожиз­нен­ную пен­сию. Насле­дие дина­стии сегодня:

• потом­ки семьи Помарé поль­зу­ют­ся боль­шим ува­же­ни­ем в таи­тян­ском обществе;
• коро­лев­ская рези­ден­ция, Дом Помарé в Папе­эте, явля­ет­ся исто­ри­че­ским памятником;
• коро­лев­ские гроб­ни­цы на хол­ме Помарé в Арue — почи­та­е­мое место памяти.

Другие островные королевства

На дру­гих архи­пе­ла­гах Фран­цуз­ской Поли­не­зии так­же суще­ство­ва­ли свои вли­я­тель­ные дина­стии, кото­рые вели само­сто­я­тель­ную историю:

• на ост­ро­вах Туа­мо­ту и Гам­бье власть при­над­ле­жа­ла мест­ным вождям (ariki), ино­гда объ­еди­няв­шим несколь­ко атоллов;
• на Мар­киз­ских ост­ро­вах обще­ство было раз­де­ле­но на силь­ные воин­ские кла­ны, посто­ян­но кон­флик­то­вав­шие меж­ду собой, и еди­но­го коро­лев­ства там не сложилось;
• на ост­ро­вах Тубу­аи (Австра­лы) пра­вя­щие линии так­же были локаль­ны­ми, и их исто­рия менее доку­мен­ти­ро­ва­на в евро­пей­ских источниках.

Королевские символы в современной жизни

Дух коро­лев­ской эпо­хи не канул в лету. Он мате­ри­а­ли­зо­ван в объ­ек­тах, кото­рые сего­дня мож­но уви­деть в музе­ях и исто­ри­че­ских местах. Музей Таи­ти и ост­ро­вов (Musée de Tahiti et des Îles) в Пуна­а­у­иа хра­нит важ­ней­шие арте­фак­ты этой эпо­хи. Сре­ди его коллекций:

• пред­ме­ты, при­над­ле­жав­шие коро­лев­ской семье Помарé: укра­ше­ния, тка­ни, лич­ные вещи;
• коро­лев­ские зна­ки отли­чия (maro ‘ura — крас­ные поя­са из перьев), сим­во­ли­зи­ру­ю­щие свя­щен­ную власть;
• исто­ри­че­ские доку­мен­ты, вклю­чая facsimile дого­во­ров о протекторате;
• порт­ре­ты и гра­вю­ры, изоб­ра­жа­ю­щие коро­лей и королев.

Исто­рия коро­лев­ских дина­стий Фран­цуз­ской Поли­не­зии — это не про­сто пере­чень имён и дат. Это исто­рия слож­ной адап­та­ции древ­ней поли­не­зий­ской поли­ти­че­ской систе­мы к необ­ра­ти­мо изме­нив­ше­му­ся миру. Фигу­ра коро­ле­вы Помарé IV, в част­но­сти, оста­ёт­ся мощ­ным наци­о­наль­ным сим­во­лом сопро­тив­ле­ния и досто­ин­ства. Сего­дня память о коро­лях и коро­ле­вах, их mana и реше­ни­ях, явля­ет­ся важ­ной частью куль­тур­но­го фун­да­мен­та, на кото­ром стро­ит свою иден­тич­ность совре­мен­ная Фран­цуз­ская Поли­не­зия.